Молебен священномученику Владимиру Фокину совершили в Казанском соборе

Сегодня день памяти священномученика Владимира Фокина. Штатный священник Казанского собора протоиерей Сергий Пигасов совершил молебен святому Владимиру.

О священномученике Владимире Фокине нам известно не так много, но отдельные крупицы информации, упоминания в прессе того времени, воспоминания старожилов позволяют составить впечатление об этом выдающемся пастыре. Его деятельность в селе Ново-Еловском Ачинского уезда выходила за рамки не только традиционного представления о служении настоятеля прихода, но и жизни в селе в сибирской глубинке вообще. В Ново-Еловском он нес не только свет веры, но и просвещения.

Владимир Анисимович Фокин родился 11 июня 1875 года и был крещен в ачинской Казанской церкви. Его мать, Настасья Федоровна Фокина, была записана как поселенка деревни Егинской. Впрочем, в некрологе «Енисейских епархиальных ведомостей» сказано, что покойный был «из г. Ачинска и пользовался здесь популярностью», так что, скорее всего, вырос он не в Егинской, и на протяжении своего служения нередко бывал в уездном городе.

В следующий раз о будущем святом мы слышим только спустя почти двадцать лет, в 1894 году, когда он начинает свое служение в должности исполняющего обязанности псаломщика в Пророко-Ильинской церкви села Белый Яр — все там же, неподалеку от Ачинска. В 1897 году он венчается с Лидией Аполлинарьевной Успенской в Троицкой церкви села Назарово. Известно, что жена родила ему семерых детей: пять дочерей и двух сыновей, первую дочь в 1898-м, последнюю — уже в 1915-м.

Лишь единожды Владимир Фокин оказывается за пределами уезда в 1900-м, когда его по прошению переводят к Спасскому собору города Минусинска. Но уже в 1903 году его рукополагают во диаконы и определяют к Троицкой церкви села Солгонского Ачинского уезда. Здесь впервые появляются свидетельства и просветительской работы отца Владимира — он начинает работать в местной церковно-приходской школе учителем.
Через шесть лет Владимир Фокин переезжает в последний раз — 16 марта 1909 года его рукоположили во иереи и назначили к Крестовоздвиженской церкви села Ново-Еловского. Информации о его служении здесь немного, но и она впечатляет — отец Владимир уже не только преподавал законоучителем в местной одноклассной школе, он писал стихи (известно, что их публиковали, но самих публикаций у нас сейчас нет) и основал в селе общество трезвости…

О характере отца Владимира и его служении позволяют судить лишь небольшие замечания в сообщениях, посвященных уже его убийству в январе 1919 года. Так, газета «Общее дело», издававшаяся Советом красноярского кафедрального собора, писала: «Покойный был примерным священником и пользовался уважением прихожан»; в «Енисейских епархиальных ведомостях» было сказано чуть больше: «В погребении, кроме духовенства, участвовал весь почти город [Ачинск], так как покойный — родом из г. Ачинска и пользовался здесь популярностью. Священник о. Владимир Фокин был истинный пастырь и сердечный, очень отзывчивый человек, почему и пользовался уважением не только среди прихожан своих».

Больше удалось узнать об обстоятельствах гибели священномученика. Точно известно, что отец Владимир направлялся в деревню Лодочную «для производства следствия по бракоразводному делу», и по пути был схвачен партизанами отряда Щетинкина. По всей видимости, до деревни он так и не добрался, — о том, что партизаны со священником до деревни не дошли, рассказал участникам экспедиции проекта «Сибирский крест» один из старожилов деревни, проживающий в Большом Улуе. Сама деревня не сохранилась — жители покинули ее в 1960-е годы. Подтверждают эти данные и материалы газет того времени: в «Общем деле» сказано, что священника схватили в 4 верстах от деревни, а по данным «Енисейских епархиальных ведомостей», расправа произошла уже в одной версте от деревни. Пишут и что руки святого были повреждены, а кроме смертельного огнестрельного ранения было нанесено несколько штыковых, — все это свидетельствует о длительной и жестокой расправе.

Закопанное в снег тело обнаружили на следующий день и вывезли в Ачинск, где состоялось отпевание и погребение священника. К сожалению, в начале 1950-х годов могила была утрачена.

Учитывая пышные похороны, собравшие многих горожан, ценивших и уважавших посвятившего этим краям всю свою жизнь пастыря, трудно представить себе причины той злобы, которая подтолкнула убийц священника на этот поступок. Тем страшнее, что, по свидетельствам и старожилов, и прессы, они вовсе не пришли откуда-то с отрядом Щетинкина — участниками (и, возможно, инициаторами) расправы стали жители Ново-Еловского, примкнувшие к восставшим. «Енисейские епархиальные ведомости» без подробностей указывают, что «убийство его объясняется местью нескольких лиц», ссылаясь на необходимость прежде провести расследование, и лишь потом называть виновных. Конечно же, должное расследование так никогда и не было произведено, но это не значит, что убийцы остались безнаказанными: вскоре Ново-Еловское занял отряд белых, расправившийся уже с местными партизанами, каких удалось найти.

Позднее, выжившие участники расправы дополнят эту историю классической легендой, которой объясняли множество похожих случаев убийств священников — якобы, у него был «пакет со списком большевиков». Конечно же, это обвинение не выдерживает никакой критики — зачем бы священник понес этот пакет в Лодочную, где не было белых, но в сторону которой направлялись как раз-таки партизаны Щетинкина? Гораздо легче представить себе, что активная общественная позиция и просветительская деятельность мученика стоила ему нескольких врагов среди наиболее маргинального населения села — хотя бы среди «самогонщиков» или их «клиентов». Но узнать это наверняка не удастся уже никогда.

А в Новой Еловке своих «партизан», возведенных советской пропагандой в статус идеалистических борцов за свободу, еще помнят и чтут, хотя памятник им давно порос высокой травой. Про белых неизменно говорят «каратели», что отчасти и верно — убийц отца Владимира-то они наказали. Ну а тех, кто Гражданскую войну пережил, спустя какое-то время перемолола репрессивная машина 1930-х годов, когда способные на участие в войнах и революциях сторонники большевикам стали не нужны…

автор Роман Бобров

26 сентября 2018 г. состоялось освящение Поклонного креста рядом с кладбищем бывшей деревни Лодочное Большеулуйского района, в память о священномученике Владимире Фокине.

Инициатором установки креста выступил хорунжий казачьего общества Большеулуйской станицы Виктор Барыкин. Памятный знак был установлен при содействии настоятеля Никольского храма села Большой Улуй протоиерея Вениамина Ходова, атамана казачьего общества Большеулуйской станицы Ивана Ивановича Швеца и частных предпринимателей.

21 июля, в день явления иконы Божией Матери во граде Казани (1579), в ходе архипастырского визита в Ачинское благочиние, после Божественной литургии в Казанском соборе, митрополит Красноярский и Ачинский Пантелеимон освятил поклонный крест, установленный в память о жертвах политических репрессий на старом градоачинском кладбище, где согласно метрическим книгам был погребен священномученик Владимир Фокин.